1. Основные концепции религии



страница3/11
Дата25.08.2017
Размер2,52 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
баптизма лежит Библия. Баптисты раз­деляют положения протестантского вероисповедания. Особое вни­мание они уделяют учению об искупительной жертве Иисуса Хрис­та, который своими страданиями и мученической смертью уже зара­нее искупил перед Богом грехи каждого человека. Чтобы человек стал причастен этой жертве от него требуется только вера. Верит же только тот, кого Бог избрал к спасению. Для баптистов характерны настроения их исключительности, богоизбранности. Отличитель­ным признаком баптистской догматики является учение о «духов­ном возрождении» человека, которое происходит под воздействием входящего в него «Святого Духа». После этого все верующие получа­ют один дух с Христом, становятся «братьями» и «сестрами» Христа и друг друга.

Из христианских таинств в баптизме остались только два об­ряда: крещения и причащение, которое называется хлебопреломление. Эти обряды осмысливаются приверженцами баптизма как сим­волы духовного единения с Христом. Крещение рассматривается как акт сознательного обращения к вере, духовного возрождения. По существующей в раннехристианских общинах традиции в баптизме возрожден институт катехимента, т. е приближенных, которые в те­чение года проходят испытательный срок и после открытого покая­ния на собраниях общины принимают водное крещение. Обряд хлебопреломления осмысливается как напоминание о «тайной вечере», когда Иисус Христос «ел пасху» «преломил хлеб» со своими учени­ками — апостолами. В баптизме имеется также особый ритуал бра­косочетания и погребения.

Из всех христианских праздников баптисты оставили лишь те, которые связаны с биографией Иисуса Христа, так называемые двунадесятые праздники: рождество, крещение, воскресение и т. д. Введены и новые праздники, такие как Праздник жатвы, День един­ства. Праздник жатвы — это не только форма выражения благодар­ности Богу за все, что он дал людям за год, но и отчет о результате миссионерской деятельности. Миссионерской деятельности — про­поведи своей веры — баптисты придают огромное значение. В соот­ветствии с принципом всеобщего священства эту проповедь должен вести каждый. И оценка того или иного члена общины во многом за­висит от того, сумел ли он привести в общину своих ближайших род­ственников, соседей, товарищей по работе и т. д.



Последователи баптизма два — три раза в неделю собираются в молельном доме на молитвенные собрания. Молельный дом в прин­ципе ничем не отличается от обычного дома. Он не имеет никаких особых предметов культа. Если это специально оборудованное зда­ние, то на переднем плане находится возвышение — подиум, на кото­ром стоят кафедра, стол и стулья. На стенах развешаны лозунги ти­па «Бог — это любовь». А за столом сидит руководитель общины и по­четные гости — представители братских общин.

Молитвенное собрание чаще всего происходит по установлен­ному сценарию, звучит проповедь, читаются отрывки из Библии, хор поет гимны и псалмы. К пению хора присоединяются все верую­щие. Тональность службы варьируется от минорной в начале, до ма­жорной в конце. В результате богослужения наступает душевный подъем и люди уходят с молитвенного собрания в приподнятом на­строении.

Баптистская община представляет собой сплоченный коллек­тив единомышленников, оказывающих друг другу как материаль­ную, так и духовную помощь. Основные решения в общине принима­ются на демократической основе. Во главе общины стоит совет, со­стоящий из выборных пресвитеров и авторитетных членов общины.

Баптизм является одним из самых распространенных конфес­сий протестантизма. Его последователи проживают в более чем 130 странах мира. Наиболее крупные организации баптистов существу­ют в США. В этой стране баптизм пользуется огромным влиянием. Многие президенты США принадлежали к церкви баптистов.

В Российскую империю баптизм проникает во второй полови­не XIX века первоначально на Украину, Прибалтику, Закавказье. В 70-х годах в Петербурге появилось близкое к баптизму течение еван­гельских христиан. В 1905 году в связи с выходом указа о веротерпи­мости были созданы Союз баптистов и Союз евангелистов. В 1944 го­ду произошло их объединение и создан Союз евангельских христиан

— баптистов СССР. В 1945 году к этому союзу присоединились часть пятидесятников, а в 1963 г. — братские менониты. Во главе союза сто­ял избираемый съездом Всесоюзный совет евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ).

В 60-х годах XX в. начинается обратный процесс. В 1965 году из ВСЕХБ выделилась группировка общин, возглавляемая Советом церквей ЕХБ. Ее руководители потребовали усилить религиозное воспитание детей и молодежи, вели борьбу за гражданские права ве­рующих, свободу проповеди и миссионерской деятельности. В 70 го­дах сложились три самостоятельных организации: Союз ЕХБ, Совет церквей ЕХБ и автономные церкви ЕХБ. С конца 80-х годов в связи с демократизацией общественной жизни получили право на регист­рацию пятидесятники и они начали образовывать самостоятельное объединение.

В начале 30-х годов XIX в. в США от баптизма отделилось ре­лигиозное течение адвентизм (от лат. айуепиз — пришествие). Ос­нователь этой церкви Уильям Миллер, объявил, что он точно вычис­лил дату второго пришествия Христа — 21 марта 1843 г. Однако в этот день второе пришествие не состоялось. Дата второго пришест­вия была перенесена на год. Но и в 1844 году пророчество не сбылось. Теперь приемники Миллера не называют точных сроков второго пришествия, однако его ожидание и вера в скорую близость состав­ляет одну из отличительных особенностей адвентизма.

Таким образом адвентизм представляет собой одну из разно­видностей эсхатологических вероисповеданий. Адвентисты учат, что мир вскоре будет уничтожен огнем. А для верующих будет со­здана новая земля. Человек умирает духовно и телесно. Он может воскреснуть также с душой и телом. Воскрешение состоится после второго пришествия Христа. Это воскрешение обретут праведники — сторонники адвентизма, исповедующие его учения и ведущие со­ответствующий образ жизни. Иисус Христос во время второго при­шествия установит свое тысячелетнее царство, в котором праведни­ки будут наслаждаться близостью с Иисусом Христом. После этого срока будут воскрешены и неправедники, для того, чтобы вечно слу­жить праведникам.

Из различных направлений адвентизма наибольшее распро­странение получили адвентисты Седьмого дня (АСД), основателем и ведущим деятелем этой церкви стала Елена Уайт (1827—1915). Она выдвинула два важных положения. Первое — о праздновании седь­мого дня — субботы и второе — о «санитарной реформе». В первом случае ссылка делается на Ветхий Завет, где седьмой день недели, в который Господь «почил от дел» называется суббота. Во втором слу­чае выдвигается идея своеобразной аскезы — санитарной реформы, которая должна подготовить тело человека к воскресению. Эта ре­форма провозглашает запрет на употребление свинины, чая, кофе, табака, алкоголя.

В международном масштабе адвентисты объединены в рамках Генеральной конференции с 1863 г. В России эта конфессия появля­ется в 80-х годах XIX века. В настоящее время действует церковь Адвентистов седьмого дня.

США стали родиной еще одного крупного направления проте­стантизма — пятидесятничества. Название этого направления свя­зано с рассказом о Новозаветной Книге «Деяния апостолов» (Е. 118) «О сошествии на апостолов Святого Духа на пятидесятый день после Пасхи и получении ими вследствие этого способности пророчество­вать и говорить на разных языках» (глоссалия). Поэтому, оставаясь близкими по своему вероучению и обрядности к баптизму, пятиде­сятники подчеркивают возможность непосредственного мистичес­кого общения с Богом во время богослужения и «крещения Святым Духом». Тот, кто прошел такое крещение и освятился сможет стать органом Святого Духа и получить дар провидения и пророчества. Для молитвенных собраний пятидесятников характерна обстановка крайнего нервного возбуждения и религиозной экзальтации.

Пятидесятники разделены на несколько направлений. С 1947 года существует всемирная пятидесятническая конференция. До конца 80-х годов XX столетия общины пятидесятников находи­лись на нелегальном положении или в составе ВСЕХБ. Сейчас они легализировались. Формируется Всероссийское объединение пяти­десятников.

Мы рассмотрели не все, но наиболее крупные направления протестантского вероисповедания. Существует еще множество бо­лее мелких протестантских церквей, деноминации, сект. Особеннос­ти вероучения, культа и организаций протестантизма создают большие возможности для сектообразовательного процесса.


Билет 3.

1.Функции, роль и структура религии.

Структура современных религий:

I/ Особенности религиозной веры. Религиозное сознание: соотношение рациональной и эмоционально-волевой сторон.

2/ Религиозный культ: содержание и функции.

З/ Религиозные организации. Типы религиозных организаций.
Особенности религиозной веры. Религиозное сознание: соотношение рациональной и эмоционально-волевой сторон.

Прежде всего, важно установить, что составляет отличительную особенность религии, на каком основании те или иные взгляды, пред­ставления, действия, организации мы называем религиозными. Ис­торически в религиоведении ответы на эти вопросы приобрели ха­рактер спора по поводу так называемого «минимума» религии.

Проблема «минимума» религии имеет ряд аспектов. Первый аспект связан с определением той сферы религиозной жизни, в кото­рой следует искать этот «минимум». Здесь обозначились три основ­ных подхода. Первый подход утверждает, что этот «минимум» сле­дует искать в сфере религиозного сознания: в особенностях взгля­дов, представлений, чувств и переживаний верующих. Второй подход утверждает, что специфика религии связана с культовой де­ятельностью. Третий — с религиозными организациями.

После того, как выбрана специфическая область проявления религиозного сознания возникает следующий вопрос: а что же в этой области конкретно создает специфику религии? Ответы на эти во­просы в истории религии были самые разнообразные. Рассмотрим же конкретно как решаются эти вопросы представителями различных Управлений религиоведения. Большинство религиоведов, считают, что «минимум» религии следует искать в сфере религиозного сознания. Они, как правило, связывают религию с верой. Не случайно и в Широком обиходе слово «верующий» отождествляется с понятием "религиозный человек». Действительно, в любой религии вера занимает важное место. Однако можно ли считать, что наличие у человека веры позволяет характеризовать его как религиозного человека?



Ведь вера, как особое эмоционально-психологическое состояние человека и одновременно его отношение к определенным явлениям окружающего мира, присуща всем людям. Это естественное свойство человеческого сознания: каждый человек во что-то верит, хотя не все люди верят в одно и то же. Так означает ли это, что все люди религи­озны? Вероятно, нет. По-видимому, помимо религиозной, веры быва­ет вера и нерелигиозная. Необходимо разобраться, что общего у этих двух разновидностей веры, иначе говоря, что представляет собой ве­ра вообще и в чем состоит особенность религиозной веры.

Всякая вера имеет свой предмет. Человек не просто верит, а верит во что-то. Это «что-то» не может выступать предметом веры в виде независящей от сознания объективной действительности. Нельзя верить в объект как таковой, а можно верить только в те или иные наши представления об этом объекте. Например, верить, что этот объект существует, что он наделен теми или иными характери­стиками. Таким образом, вера — это элемент человеческого сознания и она непосредственно направлена на те или иные образования со­знания: понятия, представления, образы, теории и т. д.

Какие же из образований сознания являются предметом ве­ры? Вероятно те, которые не являются предметом знания, то есть те, которые не получили в сознании человека статуса объективных ис­тин: представлений, образов, понятий, теорий, истинность которых доказана логически и проверена практикой. Ученые отмечают, что предметом веры являются гипотетические представления, образы, понятия и теории. Однако не все гипотезы становятся предметом ве­ры. Как отмечают исследователи этого феномена, вера возникает у человека лишь в том случае, когда он личностно заинтересован в предмете веры, когда этот предмет вызывает у человека эмоцио­нальную и оценочную реакцию. При этом данная оценка чаще всего бывает позитивной. Человек прежде всего верит в то, что соответст­вует его психологическим установкам, убеждениям, идеалам. Хотя не исключены и случаи, когда вера предполагает резко отрицатель­ную оценку какого-либо образа, понятия. Например, вера в дьявола как антипода Бога.

Важно также отметить, что вера как активное эмоциональное и оценочное личностное отношение к своему предмету неизбежно захватывает и волевой процесс и проявляется в том или ином пове­дении личности. Вера как составной момент акта волевого выбора выражает утвердительную силу духа. Она необходима человеку для мобилизации его духовных и физических сил в определенных про­блематичных ситуациях: при недостатке информации, отсутствии достаточных логических доказательств, при наличии сомнения и т. д. В этом смысле вера включена в общую систему человеческого познания, общения, деятельности.

Мы дали краткую характеристику веры вообще. Сейчас необ­ходимо разобраться в том, чем отличаются друг от друга религиоз­ная и безрелигиозная вера. По мнению религиоведов, безрелигиоз­ная и религиозная вера различаются своим предметом. Предмет безрелигиозной веры, также как и религиозной — гипотетические, требующие дальнейшей проверки понятия, образы, суждения или понятия, суждения, относящиеся к будущему. Однако они восприни­маются как нечто естественное, то есть включенное в систему зако­номерностей материального мира, имеют свои реальные причины, которые могут быть выявлены и изучены. Предметом же религиоз­ной веры является сверхъественное. Сверхъестественное, по убеж­дению верующих, не подчиняется законам окружающего мира, находится по ту сторону и нарушает их естественный ход. Религиоз­ный человек верит в исключительный характер сверхъестествен­ных существ или сил, и, в частности, не применяет к ним обычные критерии эмпирической достоверности.

Таким образом, значительное число религиоведов называют веру в существование сверхъестественного «минимумом», сущест­венной характеристикой всякой религии. Для представителей богословско-теологической мысли монотеистических религий — ре­лигия — это вера в единого Бога. Распространенная в ранних формах религии вера в духов, богов, дьяволов и иные потусторонние силы, по их мнению, — это лишь подготовительная стадия к истинной вере в Бога. Она содержит эту веру в Бога, в сверхъестественное, в потен­ции, в зарождение.

Такая позиция в определении «минимума» религии присуща не только представителям богословско-теологической мысли. Веру в существование сверхъестественного и в возможность установле­ния с ним определенных связей, отношений в качестве всеобщей, су­щественной характеристики религии признают и многие светские религиоведы. Такой подход к исследованию религии называется преформизмом. Преформизм — это учение, утверждающее, что все высшие формы, которые достигает явление в процессе своего разви­тия уже содержит потенции, в зародыше в низших формах. Процесс развития явлений направлен на раскрытие этих потенций, заложен­ных в самом явлении, форм.

Основанное на методологии преформизма утверждение о все­общем характере веры в существование сверхъестественного нахо­дится в противоречии с накопленными в религиоведении фактами. Изучение этнографами ранних форм религии, а также близкое зна­комство с такими современными религиями, как индуизм, буддизм, показало, что в них отсутствует четкое деление мира на естествен­ный и сверхъестественный. Представление о существовании сверхъестественного — это результат длительного развития человеческой культуры. Для того, чтобы выработать представления о сверхъестественном надо иметь представление о естественном, а это предполагает возможность мыслить позитивно и научно. Следова­тельно, придавать вере в существование сверхъестественного все­общий характер означает ничто иное, как переносить на ранние ре­лигиозные представления и религиозные представления восточных религий стереотипы, формы мышления человека воспитанного в ус­ловиях западной христианской культуры.

На основе таких фактов и рассуждений немецкий религиовед Р. Отто (1869—1973) предложил при определении «минимума» рели­гии заменить понятия «сверхъестественного» понятием «священно­го», «нуминозного». Религия, по Р. Отто, — это переживание свя­щенного. Переживание священного задано человеку изначально. Оно реализуется в двух основных направлениях. С одной стороны, поскольку человек воспринимает священное как нечто принципи­ально противоположное ему, оно вызывает у него страх, трепет, ужас. С другой стороны, человек относится к священному как чему-то близкому, родственному, оно вызывает восхищение.

Признание священного как особой характеристики религии мы уже встречали и у других религиоведов: Э. Дюркгейма, М. Вебера и т. д. Такое истолкование «минимума» религии, по сути дела, не приводит к преодолению дихотомии естественного и сверхъес­тественного в качестве всеобщего определяющего признака рели­гии, присутствует и в трактовке религии, которой привержены многие современные ученые. «Религия это вера в Существо или су­щества, которые не воспринимаются обычными эмпирическими методами».

Имеется еще один аспект при выявлении специфики религии. Среди религиоведов, признающих религиозное сознание в качестве ведущего, определяющего элемента религии, отчетливо выявляют­ся две тенденции. Одни истолковывают религиозную веру по пре­имуществу как интеллектуальный феномен. Они делают акцент на содержательном характере религиозных представлений. Религия, с позиций такого подхода, предстает по преимуществу как мифологи­ческая система.

Сторонники такого подхода обычно рисуют такую схему фор­мирования религиозного сознания: религиозные представления первоначально выступают в чувственных наглядных образах. Ис­точником образного материала служат природа, общество, сам чело­век. На базе этих образов формируются мыслительные конструк­ции: понятия, суждения, умозаключения. Важное место в религиоз­ном сознании занимают так называемые смыслообразы, которые являются переходной формой от чувственно-наглядных образов к абстрактным понятиям. Содержание этих образов находит свое выражение в притчах, сказках, мифах. Яркими представителями такой позиции являются Ш. Дюпии, К. Вольней, Б. Бауэр и другие предста­вители мифологической школы в религиоведении.

Другие переносят акцент на эмоционально-волевой элемент. Религиозная вера, по их мнению, это прежде всего религиозные пе­реживания, религиозные чувства. Такой подход к религии разделя­ют многие ее исследователи, но наиболее ярко он представлен у представителей психологии религии: У. Джемса, 3. Фрейда, К. Г. Юнга и др. Очевидно, что этот подход в явной или неявной форме предполагает признание факта существования особых религиозных переживаний, «религиозных чувств». Но в чем особенность религи­озных чувств, чем они отличаются от других человеческих чувств? Отвечая на этот вопрос православный богослов А. Мень пишет: «Спе­цифику религиозных переживаний нельзя свести ни к какой другой сфере человеческого духа: ни к нравственности, ни к эстетике, ни к какому-либо чувству, взятому в отдельности (например, страху, на­дежде и т. д.). Точнее всего его можно определить как чувство благо­говения». (Менъ А. История религии. В поисках Пути, Истины и Жизни. С. 12). Чувство благоговения означает, по мнению православ­ного мыслителя, благоговение перед Богом. Следовательно, особен­ность этого чувства определяется характером его направленности, а именно направленности на Бога.

С точкой зрения православного богослова соглашается и осно­воположник психологии религии У. Джемс, утверждая, что религи­озные чувства, с точки зрения своих психофизиологических прояв­лений — это обычные человеческие чувства любви, страха, радости, надежды и т. д. Особенность этим чувствам придает их особая на­правленность на объект их веры. «Религиозная любовь — это лишь общее всем людям чувство любви, обращенное на религиозный объ­ект. Религиозный страх — это обычный трепет человеческого серд­ца, но связанный с идеей божественной кары. Религиозное чувство возвышенного — это то самое содрогание, которое мы испытываем в ночную пору в лесу или в горном ущелье, только в данном случае оно порождается мыслью о присутствии сверхъестественного. Точно та­ким же образом можно рассматривать все разнообразные чувства как они переживаются религиозными людьми». (Джеме У. Многооб­разие религиозного опыта. М., 1910. С. 23—24).

Мнение А. Меня и У. Джемса, что специфика религиозных чувств не в их психологическом содержании, а в их направленности Разделяют многие религиоведы, поскольку они считают невозмож­ным выделить какое-либо одно психологическое состояние, одно чувство и свести к нему многообразие переживания верующих. Они справедливо указывают, что эмоциональные переживания верую­щих зависят и от индивидуальных особенностей каждого человека и от культуры, в рамках которой он получил воспитание, и от социаль­ных условий, в которых он живет, и от вероисповедания, которому он принадлежит.

Расхождения между религиоведами начинаются при истолко­вании источника этих чувств. Представители богословско-теологической мысли в религиоведении выводят эти чувства из сверхъестественного источника, «из встречи» верующего с божест­вом, «священным». Представители психологии религии считают, что свои суждения они должны основывать на научном подходе. Психо­логия как наука о душе должна ограничиваться своим предметом и не касаться метафизических вопросов, в том числе и доказательства бытия Бога. Это лежит за пределами ее границ. Таким образом пси­хология религии выносит «за скобки» вопрос о естественном или сверхъестественном источнике религиозных переживаний, считая, что разрешение этой проблемы не под силу научным методам позна­ния. Чаще всего психология религии связывает наличие религиоз­ных чувств с врожденными инстинктами (3. Фрейд) или исторически обусловленной предрасположенностью (архетипы, К. Юнг). Сторон­ники атеистической ветви философии религии утверждают, что лю­бые человеческие чувства могут стать религиозными, если они свя­зываются с религиозными верованиями и тем самым приобретают специфическую направленность. Иначе говоря, эти обычные челове­ческие чувства приобретают религиозный характер, если они на­правлены на сфантазированные и гипостазированные существа, связи и отношения.

Проблема приоритета рациональной или эмоциональной сто­рон религиозного сознания получает новую грань при рассмотрении вопроса о взаимодействии различных уровней религиозного созна­ния. Дело в том, что в развитых религиозных системах религиоведы вычленяют, по крайне мере, два четко обозначенных уровня: обы­денное религиозное сознание и теоретически-оформленное, кон­цептуальное (понятийное) религиозное сознание. На обыденном уровне религиозное сознание существует в виде образов, представ­лений, установок, настроений, чувств, переживаний, привычек, тра­диций. На этом уровне присутствует рациональный, эмоциональный и волевые элементы религиозной веры, но доминирующая роль при­надлежит эмоционально-волевому элементу. Содержание сознания облачено в наглядно-образные формы. По характеру своего форми­рования оно в значительной мере носит индивидуально-личностный характер. Поэтому этот уровень нередко называют религиозной психологией.

Религиозное сознание на концептуальном уровне существует в форме систематизированного и кодифицированного вероучения. Содержание вероучения сформулировано в вероучительных книгах (Библии, Коране и т. д.), утверждено религиозными организациями в виде неизменных, канонизированных формул (догматов), признание которых, в их раз и навсегда установленном виде является непре­менным условием правоверия. Содержание вероучения развивается и обосновывается в специальной отрасли религиозного знания — бо­гословии или теологии, которая представляет собой целый набор те­оретических и практических дисциплин: апологетику, догматику, пастырское богословие и т. д.

Основная задача теологии — формировать ортодоксальные религиозные представления, интерпретация основных положений вероучения в той форме как это диктуется интересами церкви в со­ответствие с требованиями времени, борьба с еретическими откло­нениями. Иначе говоря, теология — это инструмент разработки, за­щиты и пропаганды вероучения, которым оперируют религиозные организации, церковь. Эта мысль неоднократно подчеркивалась в документах религиозных организаций. Ее четко сформулировал в энциклике «Искупитель Человечества» нынешний глава Римской католической церкви папа Иоанн Павел II «Каждый из теологов дол­жен осознавать то, о чем сказал сам Христос:« Учение вы слышите не мое, а того, кто послал меня — Отца.» (И. п. 14, 24). Посему никто не может разрабатывать теологию как некое собрание лишь своих воз­зрений, каждый должен осознавать, что он находится в особой связи с той миссией распространения истины, за которую ответственна церковь». На основе всех этих принципов этот уровень религиозного сознания называют религиозной идеологией.

Представители богословско-теологической мысли (особенно католической и православной) настаивают на бесспорном приорите­те догматическо-вероучительной стороны религиозного сознания. Достижение основной цели религиозной веры — «соединения с Бо­гом», «спасение души», возможно, по их мнению, только на основе принятия вероучения в той форме, как оно сформулировано церко­вью. Отклонение от неукоснительного следования этому вероучению является ересью, богоотступничеством и подлежит осуждению и наказанию.



Сторонники научного религиоведения указывают на вторич­ный характер вероучительных формул и документов. По их мнению, эти вероучительные формулы и документы являются результатом переработки, систематизации и кодификации первичного религиоз­ного опыта, тех представлений, чувств и переживаний, которые вы­рабатывают в процессе своей жизнедеятельности верующие люди. При этом отмечается тот факт, что систематизированное вероуче­ние, разработанное идеологами и утвержденное церковью, в свою очередь, оказывает сильное влияние на характер обыденного рели­гиозного сознания, формирует его в заданном религиозными организациями направлении. Таким образом, в развитых формах религии речь может идти не о приоритете какого-либо из уровней религи­озного сознания, а об их взаимодействии и взаимовлиянии друг на друга.

2. Религиозный культ: содержание и функции.

Признание религиозного сознания в качестве ведущего элемента ре­лигиозного комплекса является доминирующей., но не единственной точкой зрения в религиоведении. Уже в 80-х годах XIX столетия анг­лийский антрополог Р. Маретт показал, что есть религии, которые не столько представляются (то есть связаны с определенным представ­лением), сколько «танцуются». Иначе говоря, в этих религиях верова­ния выражаются в ритуальных движениях, танцах. Дальнейшее изу­чение показало, что это относится не только к примитивным религи­ям, но также может в полной мере применено к развитым религиям. Отсюда последовал вывод, что наличие веры в любые объекты, в том числе и в священное, сверхъестественное и в возможность установ­ления с ними связи, взаимоотношения само по себе еще не является показателем наличия религии. Такая вера может присутствовать в мифологии, в искусстве и т. д. Эта вера приобретает религиозный ха­рактер, становится элементом религии в том случае, если она вклю­чается в систему религиозных действий и отношений, иначе говоря включается в религиозную культовую систему.

По мнению Маретта, основным элементом религии, придающим ей своеобразие, то есть отличающим от других форм общест­венного сознания и социальных институтов, является культовая си­стема. Следовательно, специфика религии проявляется не в особом характере верования, или в каком-то особом предмете, или объекте верования, а в том, что эти представления, понятия, образы включа­ются в культовую систему, приобретают в ней символический ха­рактер и в качестве таковых функционируют в социальном взаимо­действии.

Из этого следует, что между религиозным сознанием и религи­озными действиями существует органическая взаимосвязь. Религиозный культ есть ничто иное, как социальная форма объективации религиозного сознания, реализация религиозной веры в действиях" социальной группы или отдельных индивидов. Те или иные взгляды и представления, образующие мировоззренческие конструкции, включаясь в культовую систему, приобретают характер вероучения. И это придает им духовно-практический характер.

Культовая система, прежде всего, представляет собой совокупность определенных обрядов. Поэтому, для уяснения особенностей религиозного культа необходимо уяснить, что представляют собой обряды. Обряд — это совокупность стереотипных действий уста­навливаемых обычаем или традицией той или иной социальной общ­ности, символизирующих те или иные идеи, нормы, идеалы и пред­ставления. Обряд выполняет в обществе важные социальные функ­ции. Одной из главных социальных функций обряда являются аккумуляция и передача опыта как индивидами друг другу, так и от поколения к поколению. В обряде аккумулируется и приобретает на­глядность опыт социальной деятельности многих поколений, как бы концентрируется человеческая деятельность и общение. Но обряд не является единственной формой закрепления и передачи опыта. Су­ществуют и другие традиционные способы трансляции культуры:

непосредственное обучение, орудийный (предметный), языково-знаковый и т. д. В общей системе социального взаимодействия обряд фиксирует наиболее важные, узловые моменты в жизнедеятельнос­ти социальной группы. По всей видимости, обряд функционирует прежде всего там, где для обеспечения жизнедеятельности общины обычных способов передачи опыта, приобщения к коллективным обычаям и традициям недостаточно, где требуются особые средства взаимодействия и особые санкции. В связи с этим большую роль иг­рает эмоциональная сторона обрядового действия и его норматив­ный характер, связанный с вырабатываемым обществом регламен­том обрядового действия и общественной санкции.

В качестве важнейшего признака обряда исследователи этой социальной формы называют его символический характер. Разбе­ремся, что же представляет собой символ? В философской литерату­ре существует традиция рассматривать символ как особую разно­видность знаков — «иконический знак», обладающий частичным сходством с обозначаемым предметом. Знак и символ имеют анало­гичную структуру, включающую в себя: 1) материальную форму, 2) замещаемый (обозначаемый) предмет, 3) значение или смысл. Ос­новное функциональное свойство этих социальных форм также ана­логично, Они предназначены репрезентировать (представлять во вне) отличное от их форм содержание. Вместе с тем у знака и символа имеются существенные различия. Знаки — это искусственные обра­зования. Их материальная форма в значительной степени произ­вольна и не влияет существенно на функционирование. Знак не вос­производит объект, а лишь его замещает. Напротив, форма символа обладает частичным сходством с обозначаемым предметом. Она игра­ет важную роль в раскрытии содержания, так как сама по себе ин­формирует о содержании, оказывает влияние на воспринимающего. И этот факт значительно меняет функциональное свойство символов.

з*

Знаковые системы лишь обозначают предмет. Обозначение знаком носит внешний, формальный характер. Оно есть процесс внешнего выражения оформленного смысла. В символе же обозначе ние в значительной степени носит содержательный характер. Это образное обозначение, в известной мере воспроизводящее символи­зируемое содержание. Следовательно, на уровне символа происхо­дит качественно новый процесс, который уже нельзя характеризо­вать просто как обозначение, а следует назвать символизацией. Символизацию можно определить как способность сознания по­средством определенных чувственно воспринимаемых объектов об­разно репрезентировать (представлять во вне) другие объекты или явления действительности.



С этих позиций, по нашему мнению, и обряд можно рассматри­вать как разновидность символа. Цель и содержание обрядовых дей­ствий заключается не в самих этих действиях, не в их материально-вещественном выражений, а в том идеальном содержании, которое стоит за этими действиями. В обряде любое движение, жест, слово, все вещественные объекты наполнены определенными значениями, которые вне этой взаимосвязи, то есть за пределами знаково-символической ситуации перестают быть обрядовыми действиями. Поэтому смысл, значение и функцию обряда можно определить лишь в том случае, если будет расшифровано, переведено из знаково-символической в содержательную форму его значения, то есть выяв­лены образы, представления, идеи, которые он представляет.

Обряды охватывают все сферы жизнедеятельности человека и не являются специфическим элементом религии. Но в религиоз­ной системе, как отмечалось выше, им принадлежит важная роль и здесь они имеют свои качественные особенности. Специфика рели­гиозных обрядов состоит в их идейном содержании, то есть в том, какие именно образы, представления, идеи, ценности они воплоща­ют в символической форме. Каждая религиозная организация в процессе своего формирования и развития вырабатывает свою спе­цифическую систему культовых действий. Поэтому одни и те же, с • точки зрения их естественного, материального содержания, культовые действия приобретают в различных религиозных системах принципиальное отличное идейно-символическое и образное со­держание. Так, например, очистительные обряды, связанные с по­гружением в воду или обливанием водой существовали в первобытном обществе и существуют в современных обществах. Как отмечал видный советский этнограф С. А. Токарев, в древних обществах у многих племен они интерпретировались как особый способ «очис­титься» от скверны в связи с нарушением тем или иным человеком табу — общественного запрета. В христианстве этот очистительный водный обряд приобрел значение крещения. Крещение же символи­зирует в христианстве очищение от первородного греха и приобще­ние к церкви.



Религиозный культ базируется на вере в наличие между че­ловеком и предметом его веры возможности установления опреде­ленных взаимоотношений. Приведенный нами пример очиститель­ного обряда является одной из разновидностей таких отношений. Но наиболее ярко эти отношения обнаруживаются в умилостивительных действиях, начиная от примитивных форм жертвоприношения и кончая высоко духовными молитвами. Жертвоприношения появ­ляются на заре человеческого общества. Этнографы зафиксировали разнообразные формы жертвоприношений духам, богам. Время от времени их «кормили»: мазали кровью, окуривали чадом горящего мяса или жира и т. д. По мере развития и усложнения религиозных систем усложняется и система жертвоприношений. В религиях Древнего Востока жертвоприношения рассматривались как ядро религиозного культа. Насколько важное значение имели жертво­приношения в иудаизме можно убедиться, прочитав некоторые кни­ги Ветхого Завета Библии, в частности книгу «Левит».

Христианство отказывается от непосредственных жертво­приношений. В культовой системе христианства прежние жертво­приношения приобретают все более преобразованную, вторичную символическую форму. Характерным примером этого является ри­туал возжигания свечей и лампад перед иконами и другими священ­ными изображениями.

Эволюция религиозных обрядов шла по линии их спиритуализации, одухотворения. Вершиной такого пути является молитва — вер­бальное (словесное) обращение человека к объекту своей веры. Этно­графы утверждают, что молитва как специфический религиозный об­ряд сложилась на основе языческих заговоров и заклинаний, как элемент вербальной магии (магии слова). В качестве вербального компо­нента она первоначально входила в обряд жертвоприношения. Впос­ледствии молитва отделилась от жертвоприношения и стала важней­шим компонентом культа многих религий. В христианстве, например, различают несколько типов молитв, в зависимости от того, какие чувст­ва и стремления молящегося они выражают: восхваляющие, благодар­ственные, простительные и т. д. В развитых религиях культовые действия образуют сложную систему, включающую в себя длительные бого­служения, совершения особых обрядов — таинств, поклонение святым, иконам и скульптурам, соблюдение постов. Для того, чтобы постоянно поддерживать религиозные чувства, удовлетворять религиозные по­требности верующих во многих развитых религиях устанавливается богослужебный канон, который включает в себя «крут годового бого­служения», «круг суточного богослужения». «Годичный крут»: каждое число каждого месяца, каждый день года посвящается или воспомина­ниям особых событий или памяти различных святых. В честь этого со­бытия или лица установлены особые песнопения, молитвы и обряды.

В недельном — «седьмичном» круге каждый день недели по­священ «особым воспоминаниям». Так, в воскресенье вспоминается воскресение Христа, в понедельник — ангелы божьи, во вторник — пророки, в среду — предательство Христа Иудой, в четверг — святи­тели христианства, в пятницу — распятие Христа на кресте, в суббо­ту — все святые христианской церкви и «умершие в надежде на жизнь вечную». На каждый из дней недели предназначены особые молитвы и песнопения. В субботу и воскресенье они носят торжест­венный характер, в среду и пятницу — печальные.

Круг суточного богослужения в православии включает в себя девять служб: вечерня, повечерия, полуношница, утренняя, а также четыре дневных: первого, третьего и шестого часа. Центральное бо­гослужение называется в православии литургия. Литургия совер­шается во все воскресенья и праздничные дни.

Американский психолог Дж- Леуба различал два типа молит­вы. Психологической основой первого типа является своеобразная «сделка с Богом», выпрашивание у него тех или иных благ, и соответ­ственно, обещание выполнить все божественные предписания- Це­лью молитвы второго типа является само «общение с Богом», сбли­жение и растворение верующего в Боге.

Молитвы бывают коллективные и индивидуальные. Со­вершение молитв происходит во время богослужений в храмах, мо­литвенных домах, на кладбищах и т. д. Они совершаются организо­ванно. В процессе этих молитв участники богослужения испытыва­ют воздействие друг на друга как психологическое, так и контроли­рующее. Участие в коллективной молитве может происходить по различным мотивам, в том числе и не по религиозным. Человек может присоединиться к такой молитве в процессе богослужения как говорится «за компанию», чтобы не показаться «белой вороной» или просто потому, что пришел в храм, в молитвенный дом, на какое-то торжественное мероприятие, типа освящения вновь построенного здания, сооружения- Индивидуальная, уединенная молитва, как правило, происходит только на основе религиозной мотивации. Поэтому многие социологи считают ее важным признаком подлин­ной религиозности.

Во время богослужения осуществляется чтение священных книг, хоровое песнопение, проповеди, коллективные молитвы, со­вершение обрядов, коленопреклонение, отбивание поклонов и т. д. Значительную роль в культовой системе играет эстетическая сторо­на. Как правило, культовые действия происходят в специально пост­роенных и оформленных культовых сооружениях. Архитектура храмов, их интерьер призваны мобилизовать религиозные чувства. Входя в культовое здание, человек попадает в особым образом орга­низованное социальное пространство, в котором его внимание концентрируется на религиозных предметах, действиях, образах, сим­волах и т. д. Уже само здание храма, его освещение и внутреннее уб­ранство определенным образом воздействуют на человека, форми­руют у него религиозные чувства. Эти чувства усиливаются под воз­действием коллективных молитв, песнопений или органной музыки, церемониальных действий священнослужителей и поведения окру­жающих людей.

Как отмечают исследователи религии, в процессе богослуже­ний с помощью культовых действий в сознании верующих воспроиз­водятся религиозные образы, символы, мысли, возбуждаются соот­ветствующие эмоции. В результате происходит трансформация отрицательных эмоций в положительные: исчезает состояние по­давленности, беспокойства, неудовлетворенности, внутреннего дис­комфорта, и на смену им приходят чувства облегчения, удовлетво­рения, успокоенности, радости, прилива сил.

3. Религиозные организации. Типы религиозных организаций.

Третье направление в истолковании приоритетов между элемента­ми религиозного комплекса связано с развитием социологии рели­гии. Социологи подчеркивают, что религиозная культовая система — это прежде всего система коллективных действий. Коллектив­ные же действия не могут происходить спонтанно, хаотично. Они нуждаются в упорядочении, организации, поэтому на базе культо­вых действий и отношений формируется религия как социальный институт. Социальные институты — это исторически сложившая­ся устойчивая форма упорядочивания совместной деятельности людей. Становление религии как социального института пред­ставляет собой процесс институционализации религиозных куль­товых систем.

Первичным звеном института религии является религиозная группа. Она возникает на основе совместного отправления религиоз­ных обрядов, то есть символических действий, в которых воплоща­ются те или иные религиозные представления.

Историки свидетельствуют, что в первобытном обществе культовые действия были вплетены в процесс материального произ­водства и общественной жизни и не выделялись в самостоятельный вид деятельности. Круг участников культовых действий совпадал с кругом участников трудовых и иных социальных действий. Поэтому религиозная группа по своему объему совпадала с другими социаль­ными группами — племенем, родом, соседской общиной и т. п. Одним из существенных признаков, отделявших один род или племя от Другого, было совместное отправление членами данного рода или племени религиозных обрядов.

Первоначально в культовых действиях участвовали на рав­ных основаниях все члены первобытной общины. Дифференциация их функций при отправлении обрядов происходит лишь по полу и возрасту. В зависимости от уровня развития данных общностей ве­дущую роль в культовой деятельности играют либо женщины, либо мужчины. Однако по мере усложнения общественной жизни выде­ляются специальные люди, которые играют все более важную роль в обрядах, Постепенно в религиозных группах вычленяются специа­листы по проведению культовых действий: колдуны, шаманы. Они образуют своеобразную профессиональную группу, занятую таким видом деятельности, как организация и проведение обрядов.

Вначале эти профессионалы по-видимому избирались общи­ной и не имели никаких привилегий. Однако, позднее, по мере моно­полизации культовой деятельности, этот профессиональный слой превращается в особую социальную группу и становится частью родовой верхушки. Развитие процесса институциализации рели­гии приводит к формированию такой системы отношений, при ко­торой руководители общин, старейшины племен и другие деятели, осуществляющие в них функции управления, одновременно игра­ли ведущую роль в религиозной жизни общины. Как отмечает не­мецкий историк И. Г. Бахофен, в Древней Греции на стадии разло­жения родового строя военный руководитель являлся одновремен­но и верховным жрецом. Это связано с тем обстоятельством, что вся общественная жизнь на данном этапе была сакрализована. Все на­иболее важные события внутриобщинной жизни и межобщинных отношений сопровождались совершением культовых действий. Однако, здесь еще имеет место совпадение религиозной и социаль­ной общности.

Становление раннеклассового общества приводит к сущест­венному усложнению общественной жизни, в том числе и религиоз­ных представлений, а также к изменению социальных функций религии. На передний план выходит задача по регулированию по­мыслами и поведением людей в интересах правящих классов, дока­зательству сверхъестественного происхождения власти правите­лей. И тогда начинают формироваться относительно самостоятель­ные системы культовых действий — богослужение и вместе с ним организация служителей культа — жреческие корпорации. Жре­ческая корпорация — это не просто профессиональная организация людей, занятых однотипным трудом, а социальная прослойка или, точнее, сословие. В разных странах и регионах формирование этого сословия происходит не одинаково. В одних странах жреческое со­словие формируется как особое сословие внутри знати, из которой выделяется группа семей, специализирующихся в данной области, и передающая свое знание и социальное положение по наследству. В других странах это сословие образует замкнутую касту, занимающую господствующее положение в общественной жизни (например, брахманы в Индии).

Но и на данном этапе вряд ли следует говорить об образовании религиозной организации как самостоятельного социального инсти­тута. Здесь еще осуществляется тесное переплетение хозяйственно-экономической деятельности, государственно-правового регулиро­вания и культовой практики. В раннеклассовых обществах храмы были собственностью государства и в них накапливались огромные богатства. Жреческое сословие в определенной степени является со­ставной частью государственного аппарата. Но экономическая мощь храмов и роль жречества как обладателя и распределителя этого бо­гатства создает основу для его автономии в рамках государства, пре­вращает жречество в своеобразное «государство в государстве».

В исторической, социологической и философской литературе довольно развернуто показана определяющая роль жрецов в ста­новлении государственной правовой системы общества. Однако эта роль, главным образом, связывается с тем, что жрецы были самым образованным слоем раннеклассового общества. М- Вебер и Э. Дюркгейм убедительно показали, что ведущая роль жрецов определялась не только тем, что они были самыми образованными людьми своего времени, а той ролью, которую в общественной жизни раннеклассо­вого общества играл сакральный элемент. Государственно-правовая регламентация в этих обществах являлась составной частью культо­вой системы. Идеологическое регулирование носило синкретичес­кую форму, включающую в себя, наряду с моральными, характер религиозного и государственно-правового регулирования.

По мере усложнения общественных отношений и представле­ний преобразуется и усложняется вся общественная система, в том числе и религиозная надстройка. Усложнение общественного созна­ния и социальных институтов, связанное также с усложнением ре­лигиозного сознания и культовой деятельности, привело к тому, что последние уже не могут функционировать в рамках прежних синте­тических отношений и институтов. Постепенно вместе с самоопреде­лением других надстроечных систем происходит самоопределение религиозной системы. Этот процесс связан с конституированием ре­лигиозных отношений.

Важнейшей целью религиозных организаций является нор­мативное воздействие на их членов, формирование у них определен­ных целей, ценностей, идеалов. Осуществление этих целей достигается посредством выполнения ряда функций:

1). Выработка систематизированного вероучения;

2). Разработка систем его защиты и оправдания;

3). Руководство и осуществление культовой деятельностью;

4). Контроль и осуществление санкций за исполнением рели­гиозных норм;

5). Поддержка связей со светскими организациями, государст­венным аппаратом.

Появление религиозных организаций объективно обусловле­но развитием процесса институционализации, одним из следствий которого является усиление системных качеств религии, появление собственной формы опредмечивания религиозной деятельности и отношений. Решающую роль в этом процессе сыграло выделение ус­тойчивого социального слоя, противостоящего основной массе ве­рующих — служителей культа, которые становятся во главе рели­гиозных институтов и которые сосредоточивают в своих руках всю деятельность по производству, трансляции религиозного сознания и регуляции поведения массы верующих.

В развитой форме религиозные организации представляют со­бой сложный социальный институт. Внутренняя структура такого института представляет собой организационно оформленное взаимо­действие различных систем, функционирование каждой из которых связано с формированием социальных организаций, также имеющих статус социальных институтов, В частности, на уровне церкви уже четко разделяются управляющая и управляемая подсистемы. Пер­вая подсистема включает в себя группу людей, занимающихся выра­боткой и переработкой религиозной информации, координацией соб­ственно религиозной деятельности и отношений, контролем за пове­дением, включающим в себя разработку и применение санкций. Вторая, управляемая подсистема включает в себя массу верующих. Между этими подсистемами существует система нормативно оформ­ленных, иерархически выдержанных отношений, позволяющих осу­ществлять управление религиозной деятельностью.

Регулирование этих отношений осуществляется при помощи так называемых организационно-институциональных норм. Эти нормы содержатся в различного рода уставах и положениях о кон­фессиональных организациях. Они определяют структуру этих ор­ганизаций, характер отношения между верующими, священнослу­жителями и руководящими органами религиозных объединений, между священнослужителями различных рангов, между руководя­щими органами организаций и структурными подразделениями, регламентируют их деятельность, права и обязанности.

Исследователи религии выделяют четыре основных типа ре­лигиозных организаций: церковь, секту, харизматический культ и деноминацию. Церковь — это тип религиозной организации со слож­ной строго централизованной и иерархизированной системой взаи­модействия между священнослужителями и верующими, осуще­ствляющей функции выработки, сохранения и передачи религиозной информации, организации и координации религиозной деятель­ности и контроля за поведением людей. Церковь, как правило, имеет большое количество последователей. Принадлежность к церкви оп­ределяется не свободным выбором индивида, а традицией. Фактом своего рождения в той или иной религиозной среде, на основе опре­деленного обряда индивид автоматически включается в данную ре­лигиозную общность. В церкви отсутствует постоянное и строго кон­тролируемое членство.

Секта же возникает в результате отделения от церкви части верующих и священнослужителей на основе изменения вероучения и культа. Характерными чертами секты являются: сравнительно не­большое количество последователей, добровольное постоянно кон­тролируемое членство, стремление отгородиться от других религи­озных объединений и изолироваться от мирской жизни, претензия на исключительность установок и ценностей, убеждение в «избран­ничестве Божьем», проявление оппозиционности и непримиримости к инакомыслящим, отсутствие деления на священнослужителей и мирян, провозглашение равенства всех членов организации.

Харизматический культ — можно рассматривать в качестве одной из разновидностей секты. Он имеет те же основные характери­стики. Особенность же харизматического культа связана с процес­сом его формирования. Данная религиозная организация создается на основе объединения приверженцев какой-то конкретной личнос­ти, которая признает себя сама и признается другими в качестве но­сителя особых божественных качеств (харизмы). Основатель и руко­водитель такой религиозной организации объявляется либо самим Богом или представителем Бога или какой-либо сверхъестественной силы (например, Сатаны). Харизматический культ, как правило, ма­лочислен, в нем в более яркой степени выражены претензии на ис­ключительность, изоляционизм, фанатизм, мистицизм.

Деноминация это промежуточный тип религиозной организа­ции, в зависимости от характера образования и тенденции эволюции соединяющей в себе черты церкви и секты. От церкви она заимству­ет относительно высокую систему централизации и иерархический принцип управления, отказ от политики изоляционизма, признание возможности духовного возрождения, а следовательно и спасения Души для всех верующих. С сектой же ее сближает принцип добро­вольности, постоянства и строгой контролируемости членства, пре­тензия на исключительность установок и ценностей, идея богоизб-ранничества. Взаимоотношения различных типов религиозных ор­ганизаций представлено в таблице 1.

Необходимо иметь в виду: что приведенная классификация Религиозных организаций в какой-то мере является условной. Ре­ально в обществе постоянно продолжают идти церковнообразова-







Церковь

Деноминация

Секта

Культ

Пример


Римский католицизм.

Англиканская

перквь.


Методизм. Конгрегациа-

лизм.




Свидетели Иеговы;

«Христианские науки»

(раннего периода)


Отца небесного; Храм людей;

Церковь Единения



Источник

членства



Все или боль­шинство чле­нов общества преданы церк­ви.



Набор путем обращения в

веру детей чле­нов общины; в некоторой мере обращение в веру новых лю­дей.



Братство пре­данных верую­щих; обраще­ние в веру на основе убежде­ния



Братство преданных верую­щих; обращение в результате моционального ризиса


Отношение к государству и другим рели­гиям

Тесно связана с

государством и

нерелигиозны­ми организаци­ями


В нормальных

отношениях с

государством, но не входит в его структуру


Выступает против других

религий, а так­ же государст­венных и свет­ских органов

власти


Отрицание других религий, а

также государ­ственных и

светских орга­нов власти


Тип руковод­ства


Профессио­нальные свя­щенники, рабо­тающие пол­ный рабочий день.

Профессио­нальные свя­щенники



Непрофессио­нальные лиде­ры, имеющие слабую подго­товку



Харизматические лидеры


Тип вероуче­ния



формальная

теология.





Терпимость к различным

точкам зрения и спорам





Упор на чисто­ту вероучения

и возврат к из­начальным

принципам


Новые принципы; откровение и проникновение в духовную сущность

Вовлечен­ность членов


Сведено до ми­нимума или совсем не тре­буется для

многих членов.



Незначитель­ная вовлечен­ность, разре­шается иметь и другие обяза­тельства

Необходимо глубокое чув­ство преданно­сти



Необходима полная предан­ность .



Тип религиоз­ного действия

Наличие риту­алов

Наличие риту­алов, слабая

Эмоциональная

выразитель­ность


Глубокая эмо­циональность


Глубокая эмо­циональность

тельные и сектообразовательные процессы. Возникающие харизма-тические культы и секты в процессе своей эволюции могут превра­титься в церкви. Так, например, возникли христианство, ислам. В свою очередь от церквей постоянно отделяются какие-то группы, которые образуют секты. Подробнее эти процессы оцерковливания и сектообразования будут освещены при рассмотрении конкретных религиозных объединений.

Подводя итог всему вышеизложенному, можно сделать вывод, что развитые религии представляют собой довольно сложное струк­турированное образование, включающее в себя три основных эле­мента — религиозное сознание, культовую деятельность и религи­озные организации. Тесным образом связанные и взаимодействую­щие друг с другом эти элементы образуют целостную религиозную систему. Взаимосвязь и взаимодействие этих элементов осуществ­ляется в процессе их функционирования. Поэтому настало время пе­рейти к анализу этого процесса, посмотреть как воздействует рели­гия на индивида и общество.
2. Что такое «свобода совести»?

I/ История формирования представлений о свободе совести.

2/ Законодательное обеспечение свободы совести в современной России.

История формирования представлений о свободе совести.

В настоящее время в России происходит формирование гражданского общества, закладываются основы демократических обществен­ных отношений. В связи с этим большое значение для будущего Рос­сии приобретает характер складывающимися взаимоотношений |между людьми, придерживающихся различных мировоззренчес­ких ориентации, в том числе между верующими и неверующими, между различными религиозными вероисповеданиями и их отношения с государством в лице законодательной и исполнительной власти, между государством и неверующими. Нельзя сказать, что в наше время эти проблемы обострены до предела. Однако в общественной жизни страны в постсоветский период отчетливо проявляются тен­денции к конфронтации, претензии одних на исключительное поло­жение в государстве на правах «религии большинства», «господст­вующей в данном регионе религии», попытка создания политичес­ких объединений по вероисповедальному признаку для отстаивания интересов тех или иных религиозных организаций. Имеет место так­же стремление использовать властные структуры государства для борьбы с ведущими активную миссионерскую деятельность нетра­диционными для России религиозными организациями: католициз­мом, кришнаизмом, мунизмом и т. д.

Определенные проблемы возникают между религиозными ор­ганизациями и неверующими. Можно даже сказать, что на место «воинствующего атеизма» приходят элементы «воинствующего кле­рикализма», которые проявляются в стремлении некоторых кругов религиозных организаций насильственно навязать неверующим ре­лигиозные взгляды и нормы поведения. Подобные рецидивы встре­чаются в деятельности Русской православной церкви, но особенно широкое распространение получили в регионах традиционного распространения ислама, ламаизма. Так, в частности, предпринимают­ся попытки поставить под вопрос светский характер школьного об­разования через введение цикла учебных дисциплин, таких как «За­кон Божий», «Основы религии», изучение которых предполагает функции катехизации, то есть привлечение к религии на основе разъяснения основ вероучения. При этом игнорируется тот факт, что в данной школе, в данном классе обучаются дети, родители которых придерживаются различных мировоззренческих ориентации: неве­рующие, представители различных вероисповеданий — ислама, иу­даизма , православия и т. д.

Правовой основой разрешения всех этих проблем в современ­ном Российском обществе может служить соблюдение принципа свободы совести. Совесть — это категория этики, характеризующая способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязаннос­ти, требовать от себя их выполнения и производить самооценку со­вершаемых поступков. В самом общем виде принцип свободы сове­сти означает признание права человека на самостоятельный выбор своих убеждений и возможность их проявления в действиях и по­ступках не в ущерб другим людям и обществу в целом. Таким обра­зом, постановка вопроса о свободе совести означает постановку во­проса о духовной свободе человека, о возможности существования для индивида такой области духовной жизни, куда не в праве втор­гаться никакая власть, никакие общественные или иные организа­ции. Реализация принципа свободы совести означает признание не­обходимости установления в социальном взаимодействии в межлич­ностных взаимоотношениях и в отношениях с властью принципа толерантности (терпимости).

В условиях сакрализованных обществ духовная жизнь челове­ка целиком формировалась на основе той или иной религии. И пробле­ма совести была исключительно религиозной проблемой. Поэтому ис­торически вопрос о свободе совести сформировался как вопрос о пра­ве человека на выбор того или иного вероисповедания, на основе которого он мог формировать свои нравственные принципы. Таким об­разом, первоначально свобода совести означала свободу вероиспове­дания. Борьбу за эту свободу в течение длительного времени вынуж­дены были вести люди, оказавшиеся по тем или иным причинам под властью людей, государственных структур, навязывающих им иное, чуждое им вероисповедание. Такую борьбу, например, вели евреи, когда их территория была покорена римлянами. Христианство в Рим­ской империи на первых порах было запрещено. И христиане, если они не отрекались от своей веры, подвергались гонениям. Раннехристиан­ские мыслители — апологеты, отстаивали право для своих сторонни­ков исповедовать христианство наравне с другими религиями.

Ситуация изменилась после того, как христианство стало господствующей религией Римской империи, а, затем, и других го­сударств Европы. В средневековой Европе католическая церковь была нетерпима ко всякому иноверию и жестоко преследовала его, не останавливаясь перед физическим уничтожением так называе­мых «еретиков». В России в течение длительного времени сущест­вовала аналогичная ситуация. В «Уложении» от 29 января 1646 года царя Алексея Михайловича в главе 1 о богохульниках и цер­ковных мятежниках говорится: «Будет кто иноверцем, какие ни буди веры или и русский человек, возложит хулу на Господа Бога и спася нашего Иисуса Христа или на рожденную его пречистую Владычицу нашу Богородицу и приснодеву Марию, или на святых Его угодников: и про то сыскивати всякими накрепко. Да будет сы­пется на то допрямо, и того богохульника, обличив, казнити, сжечь». И мы знаем, что это «Уложение» и другие законодатель-вые акты в полной мере применялись в отношении старообрядцев, отказавшихся принять нововведения Русской православной церкви. Таким образом в Средневековой Европе отклонение от господ­ствующей веры рассматривалось как опасное государственное преступление.

Идеология Эпохи Возрождения в качестве одного из своих важных принципов содержала принцип веротерпимости. Практи­ческое же воплощение этих принципов началось в эпоху Реформа­ции. В знаменитых 95 тезисах М. Лютера уже содержится по суще­ству принцип свободы совести как свободы выбора вероисповедания, беспрепятственного распространения Священного писания, Вольной проповеди, свободы религиозных союзов. Принцип свобо­ды совести получил свое теоретическое обоснование и развитие в

В работах философов Нового времени. Английский философ Джон Локк в своих письмах о веротерпимости выдвинул требование от­деления церкви от государства. По его мнению, государство должно предоставить людям право религиозного самоопределения, оно не должно лишать своих подданных гражданских и политических прав в зависимости от определенной принадлежности к религии. Французский мыслитель Ф. Вольтер в 1763 году провозгласил, что свобода совести есть право, которое человек получил от природы и никто не может принуждать его в вопросах веры. Каждому нужно разрешить молиться на свой лад, каждый вправе .исповедовать ту или иную веру в согласии лишь со своей совестью. Эти идеи получи­ли законодательное закрепление во французской «Декларации прав человека и гражданина» (1789), положенной в основу законо­дательства французского государства эпохи буржуазных револю­ций, а также в Конституции США (17'87) и американском Билле о правах (17 94).'

Россия позже других стран Европы пошла на признание прин­ципа свободы вероисповедания. В «Своде законов Российской импе­рии» изданных в 1875 году, все религии на территории страны дели­лись на три группы: государственная (православнце исповедание), терпимые (католическая, протестантская, армяно-григорианская церкви, ислам, буддизм, иудаизм, язычество) и нетерпимые («секты» — духоборы, молокане, иудействующие, скопцы, иконоборцы). В «Уложении о наказаниях» особым видом государственного преступ­ления объявлялось отвлечение и совращение из православия в дру­гую веру, воспрепятствование воспитанию детей в православной или христианской вере, распространение ересей и расколов. К виновным в этих преступлениях применялась целая система карательных мер, вплоть до каторги и ссылки в Сибирь. Внеисповедное состояние госу­дарством вообще не признавалось. В 1894 году к числу запрещенных религий причислены и так называемые «штундисты» — русское наи­менование баптистов и евангельских христиан. Их вероисповедание было объявлено вредным, а их молитвенные собрания запрещены.

После Февральской революции постановление от 20 марта 1917 года «Об отмене вероисповедных и национальных ограниче­ний» и постановление от 17 июля 1917 года «О свободе совести" бы­ли отменены все ограничения, связанные с вероисповеданием: на жительство, передвижение, приобретение права собственности, за­нятия ремеслами, торговлей, промышленностью, поступлением на государственную службу,.на учебу, участие в выборах и т. д. Под свободой совести по-прежнему понимались свобода выбора вероис­поведаний. При этом, постановления Временного правительства ос­тавляли неизменным господствующее положение Русской право­славной церкви по отношению к другим религиозным организациям на том основании, что православие является религией большинства населения России. Внеисповедное состояние по-прежнему не при­знавалось.

После Октябрьского переворота и установления Советской власти был принят Декрет от 23 января 1918 года «Об отделении церкви от государства и школы, от церкви». В этом Декрете впер­вые провозглашалось, что все религии должны быть в равном поло­жении и что каждый гражданин имеет право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Таким образом, в этом доку­менте впервые принцип свободы совести получил современную форму — он означал не только свободу выбора вероисповедания, но и свободу не исповедывать никакой религии.

Из изучения истории, да и из самой жизни, мы знаем, что дек­ларация о свободе совести в СССР в значительной мере оставалась декларацией. Ее провозглашали все конституции Советского госу­дарства, а принимавшиеся в дополнении к конституциям правовые акты в значительной мере ограничивали реальные возможности ре­лигиозных организаций, содержали многочисленные запреты. Во­преки конституционным гарантиям, государство вмешивалось во внутренние дела религиозных организаций, стремилось оттеснить верующих граждан на периферию общественной жизни. В реальной практике существовали большие ограничения на различные формы деятельности для верующих людей, религиозных активистов. Для них практически была закрыта возможность карьеры в организаци­ях управления, в армии, в системе образования, здравоохранения и т. д. Как отмечают историки-исследователи советского периода Рос­сийского общества, в идеологии и практике Советского государства был реализован так называемый «государственный атеизм». Одна­ко, давая отрицательную оценку практике реализации свободы со­вести в СССР, следует признать положительное значение той новой трактовке принципа свободы совести, которая декларировалась в официальных документах. Эта трактовка в последующем получила свое закрепление в ряде международных документов и стала осно­вой для признания принципа свободы совести в таком виде всем ми­ровым сообществом.

Документы ООН: «Всеобщая декларация прав человека» (10 декабря 1949г.); «Декларация о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии и убеждений» (25 ноября 1981 г.); «Итоговый документ Венской встречи представителей государств — участников совещания по безопасности и сотрудни­честву в Европе» (15 января 1989 г.); «Парижская хартия для Новой Европы» (21 ноября 1980 г.) утверждают право каждого человека «на свободу мысли, совести, религии и убеждений».


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©stomatologo.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница