Александра Давид-Неэль Мистики и маги Тибета



страница16/22
Дата25.08.2017
Размер3,14 Mb.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   22

Когда начальник каравана едет вперед, сопровождающий его слуга всегда берет с собой утварь для приготовления чая и немного провизии, благодаря чему путешественники могут подкрепиться, не дожидаясь прибытия вьюков с палатками и дорожными припасами. Мой слуга не преминул последовать этому прекрасному обычаю. Я привожу такую незначительную подробность, так как именно это обстоятельство заставило "лунг-гом-па" выдать себя.

Перевал оказался гораздо дальше, чем я думала. Было ясно, что тяжело навьюченные мулы не смогут взобраться на его вершину до наступления ночи, а о спуске каравана в темноте по противоположному склону не могло быть и речи. Разыскав около ручейка подходящий для пастбища лужок, я решила остановиться на ночлег здесь.

Выпив чаю, мы занялись сбором коровьего навоза для костра.* (*В тех частях Тибета, где нет лесов, топливом обычно служит навоз животных. Прим.авт.) Вдруг далеко внизу я увидела арджопа. Он шел вверх по ведущей к перевалу тропинке. Несмотря на крутизну склона, арджопа двигался со сказочной быстротой, и, когда он подошел ближе, я отметила сходство его легкой упругой поступи с походкой ламы "лунг-гом-па" из Тхебгиеса. Приблизившись, путник постоял несколько мгновений неподвижно, вперив перед собой отсутствующий взгляд. Он совершенно не запыхался, он был, по-видимому, в бессознательном или полубессознательном состоянии, и не мог ни говорить, ни двигаться. Постепенно транс рассеялся, и арджопа снова обрел нормальный вид.

Отвечая на мои вопросы, он рассказал, что начал тренироваться по методу "лунг-гом" под руководством одного гомтшена, жившего неподалеку от монастыря Пабонг. Так как его учитель переселился в другое место, он решил отправиться продолжать свои занятия в Шалю. Больше он ничего не сказал и в продолжении всего вечера казался очень опечаленным. На следующий день он признался Ионгдену, что впал накануне в состояние транса по самой низменной причине.

Когда он шел вместе с погонщиками мулов, его стало разбирать нетерпение. – Они двигаются слишком медленно, – думал он, – и, разумеется, пока мы тут тащимся по дороге, я с Ионгденом уже готовлю себе жаркое: он видел, что сопровождающий нас слуга захватил с собой мясо. Когда трое погонщиков и он сам нагонят нас, они едва успеют до наступления ночи разбить палатки, распрячь животных и задать им корм. Будет уже слишком поздно готовить ужин и придется довольствоваться несколькими чашками чая, заправленного тсампой. Эта мысль до такой степени завладела его воображением, что вызвала нечто вроде миража. Он видел костер, мясо на раскаленных углях. Погрузившись в страстное созерцание, он потерял сознание окружающего. Движимый вожделением разделить с нами жаркое, он пошел быстрее, и непроизвольно его шаг перешел в ритмическую поступь, практикуемую во время тренировок. Привычная ассоциация этого ритма с мистической формулой, сообщенной ему учителем, заставила его мысленно повторять ее. С повторением формулы сочеталось регулирование дыхания и в соответствии с предписанными правилами – слова формулы отмечали такт дыхания. Затем последовало состояние транса. При этом все время его состоянием руководила концентрация мысли на жареном мясе. Молодой монах глубоко переживал вину. Устроенная им мешанина из низменного чревоугодия, мистических изречений и упражнений "лунг-гом" казалась ему настоящим святотатством.

Сын не преминул поделиться со мной его признаниями. Они меня заинтересовали, и я начала расспрашивать арджопа, какие из упражнений "лунг-гом" заставлял его проделывать учитель. Ему не хотелось отвечать, он оказался очень сдержанным. Я думаю, по обычаю, принятому среди мистиков Тибета, послушник дал клятву сохранять в тайне все преподанные ему учителем истины. Мои вопросы его смущали. Все-таки мне удалось вытянуть из него несколько объяснений, подтверждавших полученные мною в других местах сведения.

Его учитель говорил ему: сумерки и светлые ночи создают благоприятные условия для практики "лунг-гом-па" и облегчают ходьбу.

Он так же заставлял его упражняться в созерцании звездного неба.

На третий день после удивительной демонстрации своих достижений "лунг-гом" наш попутчик исчез. Проснувшись на рассвете, мы его не нашли в палатке для прислуги. Он убежал ночью, может быть, снова прибегнув для скорости к способу передвижения "лунг-гом", но на этот раз руководимый более возвышенной целью, чем желание полакомиться жареным мясом.

На основе собранных мной из различных источников материалов, практику этой разновидности "лунг-гом" можно описать следующим образом: прежде чем приступить к упражнениям, ученик в первую очередь получает соответствующую степень посвящения. Затем в течение нескольких лет ученик тренируется под руководством опытного наставника в многочисленных вариантах дыхательной гимнастики.

Только после того, как он в этом достаточно преуспеет, ему разрешают приступить к упражнениям в ходьбе. К этому времени послушник проходит второе посвящение, а его гуру сообщает ему мистическую формулу. Ученик концентрирует внимание на мысленном повторении этой формулы, регулирующей ритм дыхания во время ходьбы, соразмеряя такт шага со слогами заклинания. Идущий должен хранить молчание, ни о чем не думать и не смотреть по сторонам. Он должен устремить свой взгляд на какой-нибудь отдаленный предмет и не отвлекаться от него ни в коем случае, что бы ни случилось. В состоянии транса нормальное сознание в большой степени атрофируется, но все же остается достаточно активным, чтобы преодолевать встречающиеся на пути препятствия и сохранять направление к цели. Впрочем, и то и другое происходит механически, не пробуждая никаких процессов мышления у пребывающего в трансе.

Пустынная местность, равнины и сумерки являются благоприятными условиями.

На закате солнца состояние транса достигается очень легко, даже при утомлении от очень длинного дневного перехода. В трансе ощущение усталости проходит, и путник может пройти еще много километров. Ранние утренние часы также благоприятны для этого состояния, но в меньшей степени. Полдень, вторая часть дня, узкие извилистые долины, леса, пересеченная местность – все это в равной мере создает отрицательные условия. Принято считать, что только первоклассные "лунг-гом-па" в состоянии преодолевать эти препятствия.

Из вышеизложенного можно заключить, что тибетцы считают однообразие ландшафта и отсутствие в окружающем пейзаже поражающих деталей особенно благоприятными условиями для создания состояния транса. Вполне очевидно, что на пустынном плато меньше риска отвлечься от повторения магической формулы или нарушить ритм дыхания, чем в узком ущелье, загроможденном утесами, поросшем кустарникам, прегражденном потоком и т.д. Кроме того, трудно поддерживать равномерность шага на пересеченной местности.

Как ни скромен мой личный опыт в этом вопросе, но я могу судить, что лес высоких деревьев, свободный от поросли кустарника, с пересекающей его более или менее ровной тропинкой, в такой же степени способствует быстрому возникновению состояния транса, как и пустынные равнины. Объяснение этому нужно искать в однообразии пейзажа. Впрочем, это только мои личные наблюдения в лесах Пойюль. Через эти леса мне пришлось делать длинные переходы по дороге в Лхасу.

Любая светлая ночь считается подходящей для подготовки начинающих, но звездные ночи для этого особенно благоприятны. Гуру часто рекомендует ученику не спускать глаз с какой-нибудь одной звезды. Это напоминает прием при гипнозе. Мне рассказывали, что некоторые ученики внезапно останавливаются, как только созерцаемая ими звезда исчезает из поля зрения, скрываясь за горным склоном, заходя за горизонт или же поднимаясь высоко у них над головой, совершая свой путь по небесному своду. Другие, напротив, не замечают исчезновения звезды. Когда звезда становится невидимой, они продолжают созерцать ее образ, закрепившийся в их воображении. Некоторые адепты тайных учений утверждают, будто после многолетней практики случается, что "лунггом-па", пройдя некоторое расстояние, воспаряет ввысь. Ноги его уже не касаются земли, и он скользит по воздуху с невероятной быстротой. Должно быть, многие из них обременяют себя цепями именно с целью показать, что они уже достигли этой степени легкости.

Не стоит говорить о преувеличениях. Но из моего собственного, очень небольшого, опыта в этой области и со слов вполне достойных доверия лам приходится придти к выводу, что в результате тренировки достигается состояние, когда перестаешь чувствовать вес собственного тела. Какое-то подобие анестезии притупляет боль от ударов о камни и другие попадающиеся на пути препятствия, и можно идти так много часов с необыкновенной скоростью, испытывая приятное опьянение от быстрого движения, хорошо знакомое гонщикам-автомобилистам.

Тибетцы строго разграничивают переходы, совершаемые "лунг-гомпа" произвольно, и переходы "памо" – одержимых медиумов, впадающих в состояние транса помимо собственной воли. Последние устремляются вперед, не имея перед собой никакой цели.

В Гималаях люди, страдающие этим странным заболеванием, встречаются довольно часто. Я знаю очень милую фермершу, совершенно здоровую психически, но подверженную подобным припадкам. Как она ни горюет, но избавиться от них никак не может. Иногда у себя во время семейного обеда она вдруг вскакивает, выходит из дома и ненормально быстрым шагом мчится вперед по горам и лесам. Ничто не может ее удержать. В период дождей эта женщина переходит бурные потоки, погружаясь в воду выше пояса. Она ничего не чувствует и действует бессознательно. Обычно такое путешествие приводит ее в дом ее родителей. Тут она вспоминает, что с ней произошло, приходит в себя и горько плачет.

Туземцы убеждены, что попытка остановить силой такого одержимого, когда он входит в состояние транса и устремляется в путь, может его убить. Но, повторяю, такие припадки не имеют ничего общего с практикой "лунг-гом-па".

Самые ученые из лам, не отрицая реальности достижений "лунг-гомпа", не придают им никакого значения. Их отношение к ним напоминает реакцию Будды в следующем эпизоде: однажды Будда, путешествуя с некоторыми из своих последователей, встретил в лесной глуши изможденного йога, жившего в одиночестве среди лесов в хижине. Учитель остановился и спросил, сколько лет уже анахорет подвизается в этом месте. – Двадцать пять лет, – ответил йог.

– Чего же вы достигли таким самоистязанием? – опять спросил Будда.

– Я могу переходить реку прямо по воде, – гордо заявил пустынник.

– Ах, бедняга, – заметил мудрец с жалостью, – неужели вы потратили на это столько времени? Ведь паромщик взял бы с вас за переправу только один обол.

Как согреваться без огня среди снегов

Прожить зиму в пещере, часто на высоте от 4000 до 5000 метров, в легком платье или совсем без платья и не замерзнуть не так-то просто. Однако многим тибетским отшельникам это удается. Их выносливость объясняется умением стимулировать внутреннее тепло, именуемое "тумо". Слово "тумо" означает тепло, но не употребляется в повседневной речи для обозначения обыкновенного понятия тепла. Это – технический термин мистической терминологии. Действие обозначаемого им внутреннего тепла не ограничивается только согреванием тела аскета, умеющего развить это тепло.

Адепты тибетских тайных учений знают несколько разновидностей "тумо".

Тумо экзотерическое, возникающее во время некоторых видов экстаза стихийно, постепенно окутывает мистика "сладостным теплом покровов богов". Эта разновидность "тумо" обеспечивает отшельнику нормальное самочувствие на снежных вершинах.

"Тумо" мистическое имеет очень отдаленное отношение к понятию тепла, так как, судя по описанию, оно позволяет посвященному вкусить "райское блаженство" еще в этом мире.

Слово "тумо" в тайном учении означает легкое пламя. Это пламя согревает летучий первородный флюид и заставляет скрытую в нем энергию подниматься по нитеобразным протокам "тса"* (*Вена, артерия, нерв. – Прим. авт.) до макушки, заменяя плотское удовольствия наслаждениями умственного и духовного порядка.

Суеверия и своеобразные понятия о физиологии породили удивительные легенды на эту тему. Беру на себя смелость пересказать содержание одной из них.

Знаменитый подвижник Рестшунгпа, сгорая от желания сделаться ученым, покинул своего учителя Милареспу против воли последнего и отправился изучать литературу и философию в Лхасу, но из-за непослушания ему не повезло. По крайней мере, с религиозной точки зрения. Один богач, в восторге от учености и магических знаний молодого ламы, уговорил последнего отказаться от своих планов, жениться на его единственной дочери и сделаться, таким образом, его наследником. Это было еще до реформы Тсонг Кхапы, и безбрачие было для лам тогда необязательным. Молодая девушка совсем не разделяла восхищения своего отца особой Рестшунгпы, но ей пришлось подчиниться. Зато она превратила его жизнь в настоящий ад, и бедный муж очень скоро горько раскаялся, что ушел от учителя и позволил блеску богатства соблазнить себя. Его кротость не обезоружила молодую женщину, и в одно прекрасное утро она дошла до того, что ударила его ножом. И произошло чудо: вместо крови из раны потекла сперма.

Лама, передавший мне эту историю с глубокой верой в истинность рассказываемого, объяснил, что в результате практики тумо все тело Рестшунгпы было наполнено субстанцией жизни. Должна добавить, что другой лама посмеялся над наивностью своего собрата и дал другое объяснение – несомненно, благодаря практическому применению некоторых видов "тумо", тело наполняется производящей энергией, порождающей способности духовного созидания. Но эта энергия неуловима и невидима и не имеет ничего общего с грубой материей. Во всяком случае, очень немногие ламы, даже в среде мистиков, знакомы со всеми категориями "тумо". Но чудесное его действие, сохраняющее жизнь зимовщикам-анахоретам, согревая их среди снегов и вьюг высокогорных пустынь, известно всем тибетцам. Из этого следует, что в такой же степени распространено и умение получать это тепло: ламы, обучающие искусству "тумо", хранят свои методы в тайне, утверждая, будто сведения, приобретенные понаслышке или из книг, практически бесполезны. Для успешной практики "тумо" необходимы личные наставления учителя-эксперта в этой области. Больше того, иметь надежду добиться положительных результатов могут только ученики, уже имевшие специальную подготовку. Самые важные из предварительных условий следующие: иметь навык в практике различных дыхательных упражнений, обладать способностью к интенсивной, приводящей к трансу, концентрации мысли, в результате доходящей до объективизации образов, наконец, нужно получить специальное посвящение "тумо" от ламы, облеченного для этого особой властью. Посвящению всегда предшествует длительный испытательный период.

Я думаю, испытательный срок, помимо прочих предусмотренных им целей, дает возможность учителю проверить, обладает ли кандидат достаточно крепким здоровьем. Несмотря на все мое доверие к методу "тумо", я все-таки немного сомневаюсь в его приемлемости для людей со слабыми легкими.

Не знаю, не пытался ли почтенный лама отделаться от меня радикальным способом, уступив моим настойчивым просьбам и сократив испытательный срок. Он просто приказал мне отправиться в одно пустынное место, искупаться там в ледяном потоке, а потом, не вытираясь и не одеваясь, провести, не двигаясь, в таком виде всю ночь в медитации. Было начало зимы, высота местности достигала 3000 метров. Я преисполнилась невероятной гордости, так как не схватила даже насморка. В дальнейшем мне пришлось насладиться еще одним таким купанием, на этот раз поневоле, оступившись при переходе вброд Меконга недалеко от Ракши на севере Тибета. Когда я выкарабкалась на берег, одежда на мне мгновенно заледенела, а мне нечего было сменить. Вполне понятно, почему тибетцы, часто страдающие от превратностей сурового климата, так высоко ценят спасительное искусство "тумо".

Приобщенный к этой науке ученик должен отказаться от шерстяной одежды и никогда не приближаться к огню. Поупражнявшись в течение некоторого времени под внимательным руководством учителя, послушник отправляется в отдаленное и совершенно пустынное возвышенное место. Нужно помнить, что в Тибете определение "возвышенный" употребляется только по отношению к местности, расположенной на высоте более 4000 метров.

Гуру "респа"* (*Так называют экспертов в искусстве "тумо". – Прим. авт.) – те, кто носят одежду из хлопка – наставляют, что никогда нельзя тренироваться в получении "тумо" в помещении или селении, потому что воздух там заражен дымом, различные запахи, а также оккультные влияния противодействуют усилиям ученика и могут серьезно расстроить его здоровье.

Кандидат "респа", расположившийся в подходящем месте, уже не смеет ни с кем видеться, за исключением своего гуру. Последний приходит время от времени справиться о его успехах, или же ученик сам навещает учителя в его уединении. Кандидат должен тренироваться каждый день до рассвета и заканчивать относящиеся непосредственно к "тумо" упражнения до восхода солнца, так как обычно в это время его уже ждут другие занятия. Таким образом, до рассвета еще далеко, когда монах выходит из своей хижины или пещеры. Как бы ни было холодно, он абсолютно наг, или же имеет на себе один единственный покров из очень легкой бумажной материи. Начинающим разрешается садиться на кусок циновки или на доску. Преуспевающие ученики сидят на голой земле, а на высшей стадии обучения – на снегу, на льду замерзшего потока и т.д. Упражнение нужно делать натощак, и до его окончания запрещаются всякие напитки вообще, и горячие напитки в частности.

Разрешаются две позы – либо обычная поза медитации со скрещенными ногами, либо сидячая поза на западный лад, при этом руки лежат на коленях, безымянный и средний палец подогнуты под ладонь, а указательный, мизинец и большой пальцы вытянуты. В качестве вступления служат несколько дыхательных упражнений. Одна из преследуемых ими целей – обеспечить свободный проход воздуха через ноздри. Затем вместе с выдыханием мысленно извергаются гордость, гнев, ненависть, алчность, лень и глупость. При вдохе привлекаются и усваиваются благословения святых, дух Будды, пять мудростей, все, что существует в мире благородного и высокого.

Сосредоточившись на некоторое время, нужно отрешиться от всех забот и размышлений, погрузиться в глубокое созерцание и покой, затем вообразить в своем теле на месте пупка золотой лотос. В центре лотоса стоит сияющий, как солнце, или даже сам – настоящее солнце – слог "рам". Над ним находится слог "ма". Из этого последнего слога появляется богиня Дорджи Налджорма.

Эти мистические слоги, именуемые "семенем", нужно рассматривать не как обычные буквы, символически выражающие различные понятия, но, как стоящие во весь рост, наделенные способностью двигаться, живые существа. Например, "рам", – не мистическое наименование огня, но зародыш (семя) огня. Индусы придают большое значение артикуляции слов-зародышей. Они верят, что их созидательная сила заключается в издаваемом при их произношении звуке. В Тибете эти слоги употребляют, главным образом, в качестве схематических форм стихий, божеств и т.д. Тем не менее, некоторые оккультисты признают, что их можно использовать также и в качестве семени. Но, согласно теории, способ применения заключается не в звуковом воспроизведении слога, а в использовании его субъективного образа. Например, поскольку слог "рам" есть "зародыш огня", то постигший искусство маг, посредством субъективного образа этого слога может зажечь, что угодно или даже создать пламя без видимого горючего. Такова, по крайней мере, теория.

Как только вы представили себе образ Дорджи Налджормы, возникающий из слога "ма", нужно отождествиться с ней. После этого вы созерцаете букву "а" на месте ее пупка и букву "ха" (одна из букв тибетского алфавита) на ее макушке. Медленные глубокие вдыхания, действуя наподобие кузнечных мехов, раздувают тлеющий под пеплом огонь. Это пламя находится в "а" и имеет форму небольшого комочка (тибетское сравнение: "круглый как овечий помет и такой же величины".). Каждый вдох дает ощущение воздушной струи, проникающей в живот до пупка и раздувающей огонь. За каждым глубоким вдохом следует задержка дыхания, причем продолжительность ее постепенно возрастает. Мысль продолжает сосредоточенно следить за рождением пламени, поднимающимся по вене "ума", проходящей вертикально в центре тела.

Тибетцы заимствовали у индусов три магические вены, играющие важную роль в духовной тренировке йогов. Мистические вены, впрочем, не имеют ни малейшего отношения к кровеносным венам. Это тончайшие нервные нити, исполняющие роль проводников энергии. Помимо трех главных вен, именуемых тибетцами "рома", "ума", "киангма", имеется много других. По мнению ученых мистиков, такой вид нервной сети не имеет никакой физической сущности – это только фиктивное, воображаемое представление токов энергии. Субъективные видения и сопровождающие их ощущения координируются рядом постепенных изменений. Вдохи, задержки дыхания и выдохи производятся ритмично, причем безостановочно повторяется мистическая формула. Внимание необходимо полностью сосредоточить на видении огня и связанным с ним ощущением теплоты, исключив все другие мысли или мысленные образы.

Все упражнение состоит из десяти частей или этапов, следующих один за другим без перерыва.

Привожу краткое изложение десяти этапов упражнения:

1. В воображении создается и созерцается образ "ума" – центральной "вены" в волос толщиной. Она наполнена вздымающимся по ней пламенем. При дыхании через пламя проходит воздушная струя.

2. Вена расширяется до размеров мизинца.

3. Толщина вены доходит до толщины руки.

4. Вена наполняет все тело и имеет теперь вид трубы, вмещающей печную топку.

5. Тело не ощущается. Непомерно раздувшаяся вена вмещает теперь всю вселенную, и налджорпа впадает в состояние экстаза, он чувствует, будто превращается в развеваемое ветром пламя среди пылающих волн огненного океана.

Новички, не имеющие еще опыта длительной медитации, проходят через эти пять этапов быстрее, чем более опытные. Последние, погружаясь в созерцание, задерживаются на каждом из них дольше. Тем не менее, чтобы достигнуть пятого этапа, даже самому проворному ученику требуется не меньше часа.

Затем субъективные видения повторяются в обратном порядке.

6. Буря стихает. Волны бушующего пламени постепенно спадают и успокаиваются. Пылающий океан уменьшается и, наконец, поглощается телом.

7. Вена не превышает толщины руки.

8. Вена сужается до размеров толщины мизинца.

9. Вена теперь не толще волоса.

10. Вена исчезает. Видение огня, так же как и другие формы и образы, становятся невидимыми. Равным образом рассеиваются представления о каких бы то ни было предметах. Сознание тонет в "Великой Пустоте", двойственность воспринимающего субъекта и воспринимаемого объекта больше не существует.

Продолжительность транса обусловлена степенью умственного и духовного развития налджорпы.

Это упражнение, включая пять последних этапов или без них, можно повторять несколько раз в день или в любое время, когда холод дает себя чувствовать, но собственно тренировка состоит в утренних упражнениях.

Милареспа прибег к "тумо", когда в результате снежного обвала оказался пленником в своей пещере в Латши Кханг (гора Эверест) и был вынужден прожить в ней почти без припасов до весны. Это приключение Милареспа воспел в знаменитых на Тибете стихах. Цитирую отрывок из них в вольном переводе:

Когда постыла мне мирская суета,

И я на склонах Латши Кханг искал уединения.

Тогда Земля и Небо сговорились

И бурю-вестника послали мне.

В союз воды и воздуха стихии

С грядою мрачных туч вступив,

Луну и Солнце полонили.

На звезды маленькие вихрем налетели

И сдули их с темнеющего неба,

В туманный саван звезды взрослые окутав,

И снег пошел тогда и шел без перерыва

Девять ночей и девять дней. Большие хлопья

Были густы как клочья шерсти,

Они летели вниз, порхая точно птицы.

Снежинки мелкие, словно горох или горчицы зерна

Спускались, скатывались и кружились в вихре.

Неописуема была беспредельность снежных масс:

Вверху снег покрывал ледниковые гребни,

Далеко внизу снежный океан затопил лес до макушек

деревьев.

Снег выбелил черные горы,

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   22


База данных защищена авторским правом ©stomatologo.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница